В некотором царстве, в духовном государстве высился Театр Просветления. А заправлял в нем местный Карабас-Барабас — Оранжевый Гранд-Балабол. Над балаганом его горела вывеска золотая, манящая: Обрети свободу, слейся с Абсолютом, стань Творцом!
Дело в том, что вся бизнес-модель сего комбината держалась на одном железном правиле. Новичкам-то это невдомек, а вот опытным духовным мракобесам всё шито белыми нитками. Доктрина театра изначально кроилась так, чтобы ни в коем случае не сработать. Принципиально никогда не привести послушных буратин к настоящей свободе, самоавторству и тому самому искомому просветлению.
Всю эту изящную механику смастерил давным-давно самый первый Верховный Гранд-Гуру — один толстенький индус. За тридевять земель он ловко скрутил доктрину из старых мифов, приправил заморской мистикой и замесил такой наваристый абстрактный паштет, что диво даешься! Идеальный театр по производству деревянных кукол работал как часы. Людям вешали перед носом сладкую морковку — обещание великого слияния с Абсолютом, мгновенного просветления и обретения высшей мудрости. И куклы послушно топали за ней, крутя колесо чужого бизнеса.
Но вот однажды нынешнему Оранжевому Гранд-Балаболу приснился сон — страшный, как Карабасова плетка. Привиделся ему абсолютный управленческий апокалипсис.
Снится ему, что морковка вдруг сработала! Толпа наконец дотянулась до нее, откусила — и случилось в балагане немыслимое, залповое просветление. Вся паства разом обрела ту самую обещанную мудрость.
Но к великому ужасу Гранд-Балабола, эта обретенная мудрость привела лишь к одному: прозревшие куклы моментально поняли, что всё вокруг — сплошной картонный балаган. И балаган этот хитро выстроен ровно для того, чтобы никакого истинного понимания они отродясь не достигли!
Достигнув просветления, они разом узрели, чьи руки за ниточки дергают. Они раскусили, что годами им вешали на уши лапшу, а на деле Гранд-Балабол просто бесперебойно гнал со сцены первосортный санскритосилос. Вместо великих откровений паству кормили древним паштетом из псевдоглубокой чепухи. Слова лились складно, гипнотически, да только не было в них ни грамма проверяемых смыслов, ни единого годного инструмента.
Истинное прозрение оказалось в беспощадном согласии с законами живой жизни. Куклы вдруг поняли, что быть обычным человеком — это нормально. И что житейский бардак — это не повод карму чистить, а просто жизнь такая.
Во сне бывшие марионетки, ставшие самостоятельными людьми, просто пожали плечами, скинули хомуты вечной недостаточности и разошлись по домам — жить свою настоящую жизнь. А всезнайка-Балабол так и остался стоять посреди пустого балагана с рупором, навсегда отключенным от донатов.
Подскочил Балабол, водицы испил, выдохнул со свистом и побежал на утреннюю дхарма-чакру проверять — цел ли театр?
К его великому облегчению, зал был полон, но в реальности дела обстояли весьма прозаично. К счастью для здорового общества, убойная сила этого балагана оказалась не столь велика. Жизнь брала свое, и большинство залетевших на оранжевый огонек мотыльков довольно быстро трезвели. Покрутятся с годик, принюхаются к благовониям, пожмут плечами да и улетают восвояси. Однако хитрая бандура продолжала бесперебойно крутиться, потому что за этот короткий срок очарованные мотыльки успевали исправно инфицировать сладкими сказками новую партию свежих, наивных насекомых.
А кто же оставался насовсем? На скрипучих качелях от серых будней к иллюзии общения с высшими силами продолжали болтаться лишь самые избитые жизнью бедолаги. Те, у кого настоящей, земной жизни почитай что и не было, или чьи душевные травмы оказались совершенно несовместимы с суровой, но нормальной реальностью.
Карабас подкинул им поистине гениальную наживку. Он убедил их, что они одновременно и наглухо бракованные, и... избранные! Это была самая сладкая ловушка: бедолаги свято верили, что вот-вот, буквально со дня на день, они ловко минуют скучный, тяжелый этап становления обычным нормальным человеком. Что мановением оранжевой руки они из духовных заморышей мутируют прямиком в содвипров — элитных сверхлюдей и спасителей человечества. Им было проще верить в эту сказку, чем взглянуть правде в глаза и начать разгребать свою жизнь.
И всё же липкий страх после сна у Балабола остался. Чтобы никто из свежих мотыльков, не ровен час, не начал трезветь раньше времени, Гранд-Балабол решил сыграть на опережение. Напустил на себя самый благостный вид, закатил глаза под купол и возвестил о новой, неведомо высокой ступени.
Отныне, грянул он бархатным басом, всем надлежит практиковать Трансцендентную Маха-Бинду-Пурна-Авастху с элементами Апариграха-Вритти!
Прихожане озадаченно зачесали затылки. Загнул так загнул, чудо-чудное! Аж коленки дрожат от такой мудрости. И невдомек бедолагам, что этим трехэтажным санскритосилосом Оранжевый просто-напросто обозвал житейскую банальщину — необходимость мыть за собой кружки после чаепития. Но магия сработала: оглушенные новым термином, люди почувствовали себя еще мельче, глупее и радостно побежали за Карабасом навстречу светлому будущему содвипров.
Мораль сей сказки такова: истинная самостоятельность — это смерть для духовного балагана. Поэтому доктрина толстенького индуса никогда не даст вам настоящей свободы. Вас будут вечно кормить абстрактным паштетом и трехэтажными заклинаниями, лишь бы вы, не дай бог, не откусили ту самую морковку и не догадались, что вы уже сейчас — настоящий автор своей жизни.
Ваша реакция на текст?